Вне

Деньги

Когда деньги становятся мерой всего, жизнь превращается в оплаченный круг.

Мы меряем время размером зарплаты,
А после зарплатой оплачен досуг.
Меняем зарплату на желанные даты,
Чтоб снова часами оплачивать круг.

Свобода имеет тариф и границы,
У каждой дороги рассчитан бюджет.
Мы копим на завтра, листая страницы,
Не замечая, как завтра давно уже нет.

И вроде бы деньги всего лишь бумага,
Условная мера обмена вещей.
Но мера становится выбором шага,
А после — становится мерой людей.

Звенят как монеты, падая в вечность,
Частички от жизни, проносясь мимо глаз.
Деньги не мысли — заманчив их шелест,
Мысли не деньги — их так много у нас.

Мы ценим память ярких событий,
И без вложений их не будет у нас.
Но, может быть, всё же... нет, не похоже —
Купюры, монеты нас пленили сейчас.

Мы знаем стоимость хлеба и дома,
Билета, машины, минуты труда.
Цена нам привычна, понятна, знакома,
Но ценность не просит поставить числа.

По чём тот вечер, которого не было?
Что стоит друг, что остался вдали?
Сколько заплатим за вновь пережитое,
Если однажды окажемся вне этой игры?

Мы строим счета, умножая остатки,
Копим на случай внезапной беды.
Но жизнь не хранится на банковской карте,
На счёте оставшиеся дни не видны.

Мы платим за вещи часами из жизни,
Но вещи никак не берегут наши дни.
И думаю часто я в этой системе:
Мы ими владеем — или нами они?

Ноль после единицы меняет значенье,
Ещё один ноль — и меняется вес.
Но если убрать из расчёта владенье,
Что после всех чисел останется здесь?

Не бедность — свобода.
Не роскошь — успех.
Не деньги — проблема.
А мера для всех.

Когда инструмент превращается в принцип,
А средство становится целью пути,
Мы больше не ищем мы торопимся жить
Считаем когда  и что сможем купить.

Звенят как монеты, падая в вечность,
Частички от жизни, проносясь мимо глаз.
Деньги не мысли — заманчив их шелест,
Мысли не деньги — их так много у нас.

Мы ценим память ярких событий,
И без вложений их не будет у нас.
Но, может быть, всё же... нет, не похоже —
Купюры, монеты нас пленили сейчас.

 Мы цену поставили времени сами,
Чтоб проще делить его между собой.
Но цифры останутся другим именам,
А время ушло — не простившись с тобой.